Признание опекуна фактическим воспитателем военнослужащего
Признание опекуна фактическим воспитателем военнослужащего
Действующее законодательство РФ предусматривает такое понятие, как фактический воспитатель, применительно к лицам, осуществляющим присмотр и уход за несовершеннолетними детьми, оставшимися по каким-либо причинам без воспитания со стороны родителей или иных законных представителей (опекунов, попечителей и т.д.). При этом статус фактического воспитателя на сегодняшний день российским законодательством практически не урегулирован, что создает для лица, являющегося фактическим воспитателем, серьезные сложности, связанные с официальным установлением и последующим законодательным регулированием его правового положения. Данная проблема вынуждает лиц, заинтересованных в получении статуса фактического воспитателя, признавать его сегодня в судебном порядке. Если же говорить о фактическом воспитании лиц - военнослужащих Вооруженных Сил России (в том числе погибших), то здесь вопрос получения статуса фактического воспитателя осложняется отсутствием надлежащего правового регулирования не только со стороны законодателя, но и со стороны Конституционного и Верховного Судов РФ. Обусловлено это относительной новизной правовых норм и не очень распространенной правоприменительной практикой.
В соответствии с п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (ст. 96 СК РФ), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.
В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
Публично-правовой механизм возмещения вреда, причинённого гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации, страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 и 9 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", а также единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц, как членов семьи военнослужащего, получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, установленная система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.
В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребёнка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счёт собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребёнком в части его содержания и воспитания.
При рассмотрении требований о признании лицом, являющимся фактическим воспитателем ребёнка (будущего военнослужащего, участника специальной военной операции), юридически значимым по делу обстоятельством является установление факта того, что опекун не только воспитывал, но и содержал ребёнка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия исключительно за счёт своих собственных денежных средств, то есть не получал от государства (субъекта Российской Федерации) предусмотренных законодательством и выплачиваемых органами опеки и попечительства денежных средств на содержание такого ребёнка, а также ежемесячного денежного вознаграждения за опекунство (в случае заключения с опекуном (попечителем) договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях).
Опекуны в отличие от фактических воспитателей (родственников ребёнка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребёнка на безвозмездной основе за счёт собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания.
В 1-м квартале 2026 в Бейском районном суде Республики Хакасия рассмотрено гражданское дело о признании гражданина лицом, являющимся фактическим воспитателем военнослужащего для назначения компенсации, пособий, страховых и иных выплат, предусмотренных законодательством Российской Федерации при гибели военнослужащего.
По результатам рассмотрения данного гражданского дела заявителю, будучи опекуном, было отказано в удовлетворении заявления, в связи с тем, что он как приёмный родитель получал ежемесячное вознаграждение и денежное пособие на содержание приёмного ребёнка, она не может быть признана фактическим воспитателем, поскольку не подтверждается осуществление ею действий по содержанию воспитанника за счёт собственных (личных) средств. Суд не усмотрел оснований для признания опекуна лицом, являющимся фактическим воспитателем военнослужащего.
Помощник судьи
Филиппова Е.Н.
Действующее законодательство РФ предусматривает такое понятие, как фактический воспитатель, применительно к лицам, осуществляющим присмотр и уход за несовершеннолетними детьми, оставшимися по каким-либо причинам без воспитания со стороны родителей или иных законных представителей (опекунов, попечителей и т.д.). При этом статус фактического воспитателя на сегодняшний день российским законодательством практически не урегулирован, что создает для лица, являющегося фактическим воспитателем, серьезные сложности, связанные с официальным установлением и последующим законодательным регулированием его правового положения. Данная проблема вынуждает лиц, заинтересованных в получении статуса фактического воспитателя, признавать его сегодня в судебном порядке. Если же говорить о фактическом воспитании лиц - военнослужащих Вооруженных Сил России (в том числе погибших), то здесь вопрос получения статуса фактического воспитателя осложняется отсутствием надлежащего правового регулирования не только со стороны законодателя, но и со стороны Конституционного и Верховного Судов РФ. Обусловлено это относительной новизной правовых норм и не очень распространенной правоприменительной практикой.
В соответствии с п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (ст. 96 СК РФ), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.
В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
Публично-правовой механизм возмещения вреда, причинённого гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации, страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 и 9 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", а также единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц, как членов семьи военнослужащего, получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, установленная система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.
В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребёнка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счёт собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребёнком в части его содержания и воспитания.
При рассмотрении требований о признании лицом, являющимся фактическим воспитателем ребёнка (будущего военнослужащего, участника специальной военной операции), юридически значимым по делу обстоятельством является установление факта того, что опекун не только воспитывал, но и содержал ребёнка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия исключительно за счёт своих собственных денежных средств, то есть не получал от государства (субъекта Российской Федерации) предусмотренных законодательством и выплачиваемых органами опеки и попечительства денежных средств на содержание такого ребёнка, а также ежемесячного денежного вознаграждения за опекунство (в случае заключения с опекуном (попечителем) договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях).
Опекуны в отличие от фактических воспитателей (родственников ребёнка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребёнка на безвозмездной основе за счёт собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания.
В 1-м квартале 2026 в Бейском районном суде Республики Хакасия рассмотрено гражданское дело о признании гражданина лицом, являющимся фактическим воспитателем военнослужащего для назначения компенсации, пособий, страховых и иных выплат, предусмотренных законодательством Российской Федерации при гибели военнослужащего.
По результатам рассмотрения данного гражданского дела заявителю, будучи опекуном, было отказано в удовлетворении заявления, в связи с тем, что он как приёмный родитель получал ежемесячное вознаграждение и денежное пособие на содержание приёмного ребёнка, она не может быть признана фактическим воспитателем, поскольку не подтверждается осуществление ею действий по содержанию воспитанника за счёт собственных (личных) средств. Суд не усмотрел оснований для признания опекуна лицом, являющимся фактическим воспитателем военнослужащего.
Помощник судьи
Филиппова Е.Н.
11:08 11.02.2026 16+
Выбор редакции
Оставить сообщение: